Одна з головних задач Life4me+ – попередження нових випадків зараження ВІЛ-інфекцією та іншими ІПСШ, гепатитом С і туберкульозом.

Додаток дозволяє встановити анонімний зв'язок між лікарями та ВІЛ-позитивними людьми, дає можливість організувати своєчасний прийом ліків, отримувати замасковані нагадування про них.

Назад
9 лютого 2019, 08:00
1400

Коллаж: "ВИЧ и Китай - история студента из России"

Коллаж: "ВИЧ и Китай - история студента из России" - зображення 1

Частные компании, учебные заведения в числе прочих условий найма и приема на учебу порой открыто требуют анализы на ВИЧ. На сегодняшний день около 45 стран и территорий продолжают применять разные формы ограничений на въезд и пребывание людей, живущих с ВИЧ. Эти дискриминационные ограничения нарушают и другие права человека. Однако сложно представить масштабы их влияния до тех пор, пока мы сами не стали свидетелями их разрушительной силы.

Моего собеседника зовут Валерий, ему 29 лет. Он согласился поделиться своей историей в надежде, что его опыт поможет тем, кто связывает свои планы на будущее с Китаем. Полгода назад Валерий переехал в Москву из Санкт-Петербурга, где учился на факультете международных отношений. До степени магистра ему оставался один год. По специальности Валерий выбрал изучение китайского языка и в 2018 году получил стипендию на год бесплатного обучения в небольшом городе на северо-востоке Китая. «Это ближе к границе с Владивостоком и Северной Кореей», - объяснил Валерий.

Бюрократические коллизии

Чтобы получить стипендию, надо было подать пакет документов. Про медицинские анализы никто в отделе международных отношений не мог дать внятного ответа. Как образец показывали чью-то заполненную анкету. Еще была брошюра с перечнем необходимых анализов. В обоих случаях была графа с инфекционными заболеваниями. Но ни одного намека на то, что с ВИЧ нельзя подаваться на обучение. Конечно, предположения такие были, но желание попасть на учебу в КНР оказалось сильнее страхов.

В интернете информации про Китай и ВИЧ на русском не нашел. Может она есть, но скорее всего на китайском. Зато понял, что к ВИЧ-положительным людям отношение негативное. Из-за нехватки информации молодые люди с ВИЧ могут покончить жизнь самоубийством, так как их жизнь после этого рушится. В больницах отказывают в услуге, если диагноз человека известен. Даже родные люди готовы выгнать из семьи ребенка, потому что не знают ничего о ВИЧ, не знают, что есть лечение.  

Еще нашел «Краткий справочник: правила въезда и проживания для людей, живущих с ВИЧ и СПИД – 2010/2011». В нем приведены списки стран, которые отказывают во въезде, либо требуют покинуть территорию страны ВИЧ-положительным иностранцам. Но ни в одном из них не было Китая. Это обнадеживало.

Нужно было сдавать анализы. Был выбор - сделать это дома или в Китае. Я выбрал первое, результаты анализов попросил оформить на трех языках, включая китайский. Чтобы не пришлось там пересдавать. Как выяснилось позже – зря.

Получив приглашение из министерства образования, подал документы на визу. До этого мне никогда не доводилось бывать в странах Азии. Нам сказали, что нужно сначала оформить обычную туристическую визу, которую при пересечении границы аннулируют. А на месте само учебное заведение организует подачу документов для оформления нужной визы. Для тех, кто собирается оставаться в Китае более полугода, требуется виза с видом на жительство. Для тех, кто меньше, - процедура получения визы проще, возможно без сдачи анализов на ВИЧ, но не уверен. По логике вещей, анализ на ВИЧ так же обязателен для тех, кто собирается работать в КНР.

На границе

Были опасения, что возникнут проблемы при таможенном досмотре. Я вез с собой запас терапии на 5 месяцев – куча таблеток. А рецепт на них взять не успел. Но при виде паспорта гражданина Российской Федерации меня пропустили быстро без вопросов. А студент из Казахстана, с которым я познакомился в общежитии, сказал, что на таможне ему как будто «плюнули в лицо». Его обыскивали и долго держали на паспортном контроле. Думаю, это влияние геополитических отношений России и Китая.

Университет

Я благополучно доехал, заселился. У нас проверили знания китайского языка, познакомили с преподавателями, сказали зарегистрироваться в местной социальной сети, похожей на ВКонтате. У них закрыт доступ к Youtube, Goolge и т.д. Довольно жесткая дисциплина проживания в самом общежитии. Везде камеры и охрана. Нельзя было выходить за территорию, нельзя было ходить к местным студентам. Общежитие для иностранных студентов располагалось в другом здании. На 1 сентября мы видели, что у них студенты жили по 8 человек в маленькой комнате. А в нашем были свободные комнаты. Можно сказать, что мы были в привилегированном положении.

Фото из личного архива Валерия: Государственный парк "Озеро чистой луны"

Медицинский центр

Прежде чем подать документы на долгосрочную визу, университет организует общую поездку всех иностранных студентов в медицинский центр. Справку, которую я получил у своего терапевта о моем статусе ВИЧ, они не приняли. Сказали, что ее надо было заверить в консульстве Китая до выезда. А поскольку я этого не сделал – сказали заплатить и снова сдать анализы.

Если бы ты заверил эту справку в консульстве, они бы ее приняли?

Не факт. Для них важно, чтобы все проходили и платили за эти анализы. Нас сопровождали волонтеры от университета, они еле-еле понимали английский, сложно было о чем-то договориться. Молодая девушка, закрепленная за нашей группой, твердила мне: «Быстро заплати и сдай анализы. Я ничего не знаю. Нам нужно быстрее возвращаться обратно». Они оказали давление, поставили в неловкую ситуацию, вся группа смотрела на меня в недоумении. Все ждали только меня. В конце концов я все-таки заплатил и пошел сдавать анализы.

Фото из личного архива Валерия: Государственный парк "Озеро чистой луны". Ворота буддийского монастыря.

Результаты пришли

Спустя 5 дней преподаватель, ответственный за иностранных студентов, получил результаты анализов из медцентра. Мы называли его лаоши (в переводе с китайского - учитель, преподаватель). Он вызвал меня и сказал, что нам нужно снова поехать и пересдать анализ. Я понял, в чем дело. В медцентре было видно, что сотрудники стараются быть тактичными, чтобы не «ударить в грязь лицом». Я пересдал анализ.

Теперь другие студенты стали задавать вопросы. После получения результатов, они все вместе поехали подавать документы на получение вида на жительство. А я с ними не поехал. И они все ходили и спрашивали: «Что случилось? Почему я с ними не поехал?». Очень некорректно вели себя молодые преподаватели, которые были закреплены за нами, как волонтеры. Они настойчиво выпытывали у меня в чем дело, устраивали допрос. Я чувствовал давление, но ничего не мог им ответить.

В остальном все было нормально. На 1 сентября прошел общий парад, выступление местных студентов, поднятие флагов и т.д. Никакой изоляции не было, я даже ходил в это время на занятия.

Прошло еще дней пять и лаоши вызвал меня прямо с урока. Мы снова отправились в медцентр. Вышла женщина из регистратуры и сказала, что у меня ВИЧ. По нему [лаоши] было видно, насколько эта новость его поразила. Он спросил меня, понимаю ли я, что происходит. Но я все понимал. У меня в багаже была терапия на 5 месяцев, о чем я конечно же ему не говорил, хотя, может следовало бы. На обратном пути в такси он задавал вопросы с намеком на гомосексуальные связи, спрашивал есть ли у меня девушка и т.д.

Потом был разговор у него в кабинете. Его интересовало лишь то, когда я куплю билет назад домой. Через несколько дней после этого разговора я уже вылетел обратно. Вернувшись домой, я все еще надеялся вернуться на учебу. Я писал ему много раз, спрашивал - можно ли мне вернуться, если я предоставлю документы, переведенные на китайский язык и заверенные в консульстве. В последний раз он ответил, что я не смогу вернуться, и они уже обо всем сообщили в международный отдел моего университета в Петербурге.

Первое время другие студенты по обмену продолжали мне писать, спрашивать, что случилось, почему я так скоро уехал. Но мне им нечего было ответить. А спустя несколько месяцев на сайте этого университета я увидел, что у них прошли массовые мероприятия по профилактике ВИЧ.

Ничего личного

Лаоши. Было видно, что он хотел помочь, что переживал за меня. Он думал, что я был впервые выявлен и до этого не знал о своем статусе. Но также было понятно, что его «руки связаны», он не может пойти против системы. С его стороны я видел только сочувствие. И такого чувства брезгливости, как в международном отделе моего университета, там не было. После возвращения я обращался в международный отдел, чтобы наверняка узнать, есть ли у меня возможность вернуться в Китай. На что мне ответили, что я достаточно опозорил их и университет.

Москва

После случившегося я какое-то время был в подавленном, депрессивном состоянии. Родных обманул, сказал, что вернулся из-за нехватки денег. Вот и решил уехать подальше от всего. Здесь нашел работу и сейчас чувствую себя лучше. Продолжу изучать китайский язык в институте «Конфуция». Мне все равно нужно отгулять год академического отпуска, который я брал для обучения в Китае. Может переведусь на заочную форму обучения, чтобы не видеть ребят из своей группы. Не знаю, дошла ли информация до моего преподавателя. Или совсем уйду.

Опыт

Мой опыт будет полезен тем, кто собирается ехать в Китай со своей терапией на учебу или работу. Не смотря на большое количество таблеток, меня не досматривали и не просили предъявить дополнительные документы. Есть возможность для ВИЧ-позитивных студентов проходить краткосрочные стажировки от месяца до полугода, там действует упрощенная процедура подачи документов.

Советую быть осторожнее с представителями власти: полиция, таможня. Перед поездкой нужно заранее узнать как можно больше о местных нравах и особенностях. Китай меняется, особенно молодежь. Возможно через несколько лет тех проблем, с которыми столкнулся я, уже не будет. Но как гласит старый китайский чэньюй (идиома, фразеологизм в китайском языке):

«Каждый карп может подняться к вратам дракона вверх по желтой реке, где будет превращен в дракона».  

Автор: Лилия Тен

Поділитися в соцмережах