Одна из главных задач Life4me+ — предотвращение новых случаев заражения ВИЧ-инфекцией и другими ИППП, гепатитом C и туберкулезом.

Приложение позволяет установить анонимную связь между врачами и ВИЧ-позитивными людьми, дает возможность организовать своевременный прием ваших медикаментов, получать замаскированные напоминания о них.

Назад
8 июня 2019, 04:05
1164

Коллаж: "Три года: проснулась, оделась, получила препарат"

Коллаж: "Три года: проснулась, оделась, получила препарат" - изображение 1

История Анны готовилась очень долго в силу различных обстоятельств. Одно из них – это волнение, которое испытывают многие люди, впервые говоря о своем диагнозе. Она прошла длинный путь потерь и обретений, поражений и побед. Сегодня Анна делится своей историей, показывая личным примером, что выход есть.

О жизни

Я росла в очень порядочной и уважаемой семье. Была не по годам взрослым ребенком. Много читала, выступала на сцене. Удивляла всех тем, что в 2 года сама научилась читать. Мне абсолютно всё давалось легко, без особых усилий. С самого детства была прилежной и успешной во всех отношениях. Учеба, карьера – все шло в гору. Но случилась беда: умер папа, а следом умерла бабушка. Видимо на нервной почве начались боли, и по всем симптомам диагностировали саркому матки. У меня не было сомнений в диагнозе, так как это был мой гинеколог на протяжении многих лет, который вел и мою беременность. Сыну моему тогда было 2,5 года. Назначили прием морфина для снятия болей. А через два месяца каким-то волшебным образом диагноз сняли.

Когда наркотик попал в мой организм, я почувствовала, как у меня разжались тиски в голове. Он расслабил мне ум и вернул способность размышлять. До этого у меня было состояние полного отрицания, нежелания думать, что-либо делать. И в определенной мере, можно сказать, на тот момент наркотик меня спас.

Зависимость

Мне отменили прием морфина. И буквально через два дня я знала где достать наркотик самостоятельно. Следующие четыре года я принимала ширку (уличный наркотик), называя для себя это «лекарством от нервов». Я успешно в то время занималась малым бизнесом в торговле. Обманывала себя, что вот открою еще одну точку и брошу. Потом еще одну точку и еще одну. И последним обманом был евроремонт в квартире. Я говорила себе, что сделаю его, и «лекарство» больше не понадобится. Никто из окружающих не знал о моей проблеме. Кроме человека, который мне продавал наркотик, и человека, который пару раз меня уколол на первых этапах.

Прошло менее 4-х лет. Наконец, перед новым годом я сделала евроремонт, осуществила все, что планировала. Этот год стал для меня откровением. Я поняла, в какой ситуации нахожусь, и что ни с кем не могу этим поделиться. Не могла никому рассказать, потому что еще с детства во мне воспитывали комплекс отличницы: если оценка, то только пятерка, если соревнование, то только первое место. Казалось, что родные отвернутся, если узнают. Я сама очень презирала наркозависимых людей. Тогда было такое время, буквально на глазах мои одноклассники один за другим погибали от этого, а я думала, какая же я молодец, что не такая как они.

Суицид

В результате я увидела только один выход – суицид. Было начало лета. Я приехала на море, села в лодочку и начала вгонять в себя содержимое шприца. Меня остановил совершенно посторонний человек. Он смог меня разговорить и стал первым, кому я рассказала о своих проблемах. Я вернулась и все рассказала маме. Конечно, не смотря на все мои страхи, мамочка меня поддержала. Первым делом меня положили в больницу.

Мое решение «ни от кого не скрывать свою наркозависимость» было ошибкой. Когда я вернулась на свой рынок, все спрашивали, где я была.  Я всем говорила откровенно, что лечилась от наркозависимости. Так я боролась со своим страхом. Но отношение ко мне изменилось в один миг. Люди, с которыми я много лет была знакома, вместе работала, которые уважали меня, когда не знали, что я принимаю наркотики. Все эти люди не просто отвернулись, а начали травить. Закончилось тем, что я закрыла свои точки и ушла из этого бизнеса.

Постепенно вся жизнь стала рушиться. Муж ушел, не выдержал. Я стала общаться с наркозависимыми. Все пошло по нарастающей. В общей сложности борьба длилась восемь лет.

По сей день для меня основной стимул заключается в том, чтобы показывать себя людям, говорить о своей зависимости. Тогда от меня отворачивались люди не потому, что я сделала что-то плохое, а просто узнав о моей зависимости. Сейчас, когда участвую в тренингах, я просто знакомлюсь, общаюсь с участниками. И посреди тренинга встаю и рассказывают свою историю. Я вижу, что это работает.

ВИЧ

Я помню, как получила свой диагноз. Лежала в очередной раз в больнице, а из-за особенностей моего организма врачам не удавалось снять ломки. Я плохо себя вела: продолжала употреблять прямо в отделении. И при выписке мне врач говорил: «Ну все, в последний раз тебе повезло. Еще раз сюда попадешь и уедешь с диагнозом ВИЧ».

Так и случилось. Меня выписали, а через пару недель позвонили и пригласили в СПИД кабинет. Я пришла. Девяностолетняя врач сообщила мне о диагнозе, дала подписать бумажки. И на этом все. Ни слова про АРВТ. И естественно, я приступила к полному и методичному самоуничтожению. Весила 39 килограмм, заболела и попала в больницу в тяжелом состоянии. Про то, что было в больнице, можно писать отдельный рассказ. Мама вспоминает, что ей сказали: «Радуйтесь, ей не долго осталось». Вроде как отмучились, скоро она умрет. Мама заплатила деньги, чтобы они начали мне оказывать хоть какую-то помощь. Они меня «поставили на ноги», чтобы я была транспортабельной, и отправили в СПИД-центр.

Новая жизнь

В СПИД-центре я увидела, что к людям относятся совершенно по-другому. Мне назначили сильнейший антибиотик, прокапали и можно сказать вытянули с того света. Я стала проситься в программу заместительной терапии, но в нашем маленьком городке ее не было. И тогда встал вопрос прописки, регистрации в том городе, где она была. Но мама помогла, мы собрали все нужные документы.

Конец первой части. Продолжение следует…

Автор: Лилия Тен

Поделиться в соцсетях