Подписывайтесь на нас

Одна из главных задач Life4me+ — предотвращение новых случаев заражения ВИЧ-инфекцией и другими ИППП, гепатитом C и туберкулезом.

Приложение позволяет установить анонимную связь между врачами и ВИЧ-позитивными людьми, дает возможность организовать своевременный прием ваших медикаментов, получать замаскированные напоминания о них.

Назад
24 марта 2018, 09:00
218

«Коллаж»: Андрей Столяренко, Кишинев

«Коллаж»: Андрей Столяренко, Кишинев - изображение 1

Проект Life4me+ объединяет равных консультантов, которые живут с ВИЧ и поддерживают людей, недавно узнавших о своем диагнозе. Сегодня для рубрики «Коллаж» о себе и своей работе рассказывает Андрей Столяренко, равный консультант из Кишинева.

Как давно ты живёшь с ВИЧ?

У меня долгое время были проблемы с кожными заболеваниями и я наблюдался у врача. Искал, от чего это у меня может быть. В 2011 году, после консилиума врачей, мой врач сказала, что это может быть из-за ВИЧ-инфекции. Тогда я сдал тест на ВИЧ и он оказался положительный. В тот момент я точно не знал, когда я заразился, но, судя по тому, что у меня на тот момент были всего 102 клетки, я полагаю, что это могло быть за 5-6 лет до сдачи анализа, или даже раньше.

А почему ты так поздно сделал тест на ВИЧ?

Я знал много о ВИЧ-инфекции. Я даже был волонтёром и рассказывал людям, что это такое. Вот я людям об этом рассказывал, но сам себя не ставил в то, что я могу сам когда-то стать ВИЧ-положительным. Мне не было страшно, когда я узнал о своем статусе. Когда врач сказал, что я ВИЧ-положительный, я сказал – «Ну, да, хорошо». Я уже знал, что с этим можно жить без проблем.

Откуда ты так много знал о ВИЧ-инфекции?

Мне всегда было интересно узнать что-то новое для себя. Я такой человек, я много читал, много слышал. У меня даже были знакомые ВИЧ-позитивные люди. Поэтому я постоянно видел и знал, как жить с ВИЧ. Я любознательный.

Как ты стал социальным работником «равный-равному»?

Я учился на психолога, но не доучился. В дальнейшем я понял, что мое призвание – это работа в социальной сфере, социальная работа. Сейчас я работаю в Кишиневской Больнице дерматологии и коммуникабельных болезней, от общественной ассоциации "Позитивная Инициатива"), где люди проходят обследование на ВИЧ, встают на учет и наблюдаются у врача. Я консультант «равный-равному», оказываю социальную поддержку.

Как ты спасаешься от эмоционального выгорания?

Спорт. Я иду в спортзал, там расслабляюсь, ухожу от этих мыслей и потом, полый сил, снова возвращаюсь к оказанию помощи людям. Иногда чтение книг мне помогает отойти от работы и отдохнуть.

Почему ты решил жить с открытым ВИЧ-статусом?

Я только недавно пришел к тому, что я буду рассказывать о своем ВИЧ-статусе. Почему? Да потому, что очень много осталось информация с 90-х годов – что это все СПИД, что все умрут и жизни больше нет. Вот это всё угнетает, когда смотришь на людей, которые только узнают о своем статусе и плачут, страдают. А я пришел к тому, что хочу открыть лицо, чтобы показать людям, что я тоже ВИЧ-позитивный человек и не год, и не два, а уже много лет, и что я себя прекрасно чувствую, я нормально выгляжу, я, как и любой человек, занимаюсь спортом, у меня есть друзья, у меня есть мои родные люди, родственники. Важно показать, что это не так страшно, как рассказывали раньше. Слава богу уже 21-й век и медицина идет вперед.

Кому первым рассказал о своем ВИЧ-статусе?

Самой первой была моя родная сестра. Мне было немного не по себе, но она сказала, что все будет хорошо, не переживай. Она меня очень поддержала. У меня большая семья – нас 7 человек. И абсолютно все ко мне хорошо относятся, меня все любят, несмотря на мой ВИЧ-статус. Это вообще не преграда.

А как это выглядело, когда ты рассказал своей ВИЧ-статус перед остальными, перед обществом?

Это случилось, когда у нас в Кишиневе был Red Ribbon («Красная лента») в ноябре 2017. Меня заранее предупредили, что на этом мероприятии я смогу заявить о своем ВИЧ-статусе и меня будут награждать. Меня вызвали на сцену и представили, что я Андрей Столяренко живу с открытым лицом. Ну и вручили премию. Но все равно это все было очень волнительно. Там были все СМИ, телевидение, потом я давал интервью. Все это было интересно, и я, конечно же, был взволнован.

Что ты почувствовал после раскрытия своего ВИЧ-статуса?

Я был доволен собой, тем, что я смог перешагнуть этот барьер. Все эти годы меня держали эти рамки. Были друзья, родственники которые еще не знали о моем статусе, и я не знал, говорить им или нет. Но после этого я стал былее свободным. Мне не нужно скрывать. Мне не нужно прятаться. Я такой, как есть. Принимайте меня таким.

Сталкивался ли ты с дискриминацией из-за твоего ВИЧ-статуса?

Лично я – нет. Но, работая в сфере ВИЧ, я постоянно слышу от пациентов о случаях дискриминации. Например, когда врач, от незнания или дезинформации, говорит беременной ВИЧ-положительной женщине, что она умрет, и ребенок ее умрет, поэтому надо делать аборт. Это страшно слышать. На это очень больно смотреть. Когда ты знаешь, что на дворе уже 21-й век, есть доступное лечение ВИЧ, дети могут рождаться здоровыми и никто не умрет, то такие вещи, такие мифы про ВИЧ страшно слышать, особенно от доктора.

Какие у тебя планы на будущее?

Я нашел себя в жизни. Я долгое время не знал, кем хочу быть, а сейчас я на своем месте. Мне нравится моя работа. Я очень счастлив видеть людей, когда они приходят через некоторое время счастливые и благодарные за то, что я их поддержал в тот момент, когда им было трудно, за то, что я рассказал о своей жизни, поделился с ними. Очень приятно смотреть на то, когда людям хорошо и люди продолжают жить, работать, их уже не пугает, что они ВИЧ-позитивные. Да, теперь они принимают таблетки и понимают, для чего они их принимают. Мне это нравится. Я хочу и дальше работать консультантом «равным-равному».

 

Поделиться в соцсетях